Сетевые пространства

Люблю когда простая идея в своём развитие порождает сложное, комплексное и многообразное. Люблю безумные доказательства по индукции, от частного к общему, люблю синтез, фракталы, которые ввиду своей сложности не умещаются даже в Евклидовом пространстве, хотя начальные условия можно запаковать всего в пару байт. Мало ли, ведь книга природы написана языком математики. Но не только эта книга, и не только языком математики.

Мало надежд, что эти строки попадут на печатные страницы. Они родились в сетевом пространстве, здесь и останутся. К этому я и веду, к тому, как одна идея (может не одна, а две-три) изменили мир раз и навсегда. Один Тим, с фамилией Лири, говорил, что «Интернет – это ЛСД 90х». А второй Тим, но уже Берненс-Ли, поистине вдохнул в слова долгую жизнь.

Живём не в средние века, ищем не следы Святого Грааля… найти информацию о первом браузере – не составит особого труда. В начале вездесущих 90х Тим создал, язык не поворачивается сказать «написал», программу WorldWideWeb, внедрив в неё фундаментальные идеи, простота которых убивает, а результирующий эффект, наблюдаемый сегодня, поражает. Да, программа так и называлась, и предназначалась to view the Web, выражаясь языком оригинала. Среди первых возможностей:

• форматированное отображение страниц, с использованием языка разметки;
• поддержка графических изображений, правда, в отдельных окнах;
• гиперссылки.

Третья и последняя идея, по моему скромному мнению, является самой невероятной. Ведь эта именно та медицинская нить, которая сшивает всё информационное пространство в единое целое. Приставка «гипер» очень удачно подобрана, возникает правильная ассоциация с неимоверным гипер-переходом из одного измерения в другое.

Именно гиперссылки превратили Интернет почти в безбрежный океан, в котором возможен сёрфинг. Вот вам и фрактал, которой самоподобен такой простой идее на всех уровнях сложности. Так просто, как один, два, три.

По этой теме случайно нашёл статью «Гипертекст и постгутенберговая эра». В ней нашу эру назвали именем Гуттенберга, человека, который в далёком XV веке изобрёл печатный станок. А прибавили приставку «пост» оттого, что благодаря Интернету, люди немного отходят от телевизионной каши, предпочитая ей информацию в текстовом виде, которая аккуратно разбросана по глобальной сети. И в данном случае человек возвращается в состояние активного читателя, а не пассивного зрителя. Словами Умберто Эко «происходит обратный переход от имиджевого к вербальному восприятию информации». Что ж, хорошо.

Но это всё сущая чепуха, в сравнение с тем, что статья открыла мне глаза на глубокую аналогию: между Интернетом с его гиперссылками, и постмодернистскими течениями в искусстве. Интернет и есть постмодернистский феномен, потому что ему свойственны его установки: плюрализм (вовлечён целый мир), децентрализация (прямое следствие сетевой архитектуры), фрагментарность (никто не обладает всей информацией) и интертекстуальность (идея гиперссылок). Не знаю как вы, но я, после долгих мучений с «Улиссом» Джойса, полностью согласен со изложенным. Да уж, аналогии пронизывают наш мир. Дайте две.

В принципе, здесь можно полить ещё воду про замечательные гиперссылки. Но можно просто отправиться в увлекательное путешествие, самому, прямо сейчас, портал открыт.

Ещё вопрос на засыпку. Если изобретение печатного станка, грубо говоря, породило интеллигентного человека, то кого породит Интернет?